Горячая линия бесплатной юридической помощи:
Москва и область:
Москва И МО:
+7(499) 110-93-26 (бесплатно)
Санкт-Петербург и область:
СПб и Лен.область:
+7 (812) 317-74-92 (бесплатно)
Регионы (вся Россия):
8 (800) 550-95-86 (бесплатно)

Образцы заявлений – Следственного комитета Российской Федерации по городу Москве

Образец жалобы прокурору

Прокурору
города Энска

Праведовой
Ирины Васильевны, проживающей по
адресу: 123456, г. Энск, ул. Первомайская,
д. 81, кв. 115, тел. 8-123-30-10-125

потерпевшей

по
уголовному делу N 123456

1)
отменить подписанное следователем по
особо важным делам по Центральному
району города Энска следственного
управления Следственного комитета РФ
по Тэнской области старшим лейтенантом
юстиции Драпиковым И.А. по уголовному
делу N 123456 незаконное и необоснованное
постановление о прекращении уголовного
дела в части от 14 августа 2013 г.;

2)
принять меры к устранению нарушений
моих прав потерпевшей по уголовному
делу N 123456.

Следователь
по особо важным делам по Центральному
району города Энска следственного
управления Следственного комитета РФ
по Тэнской области старший лейтенант
юстиции Драпиков И.А. 14 августа 2013 года
принял уголовное дело N 123456 к своему
производству и в этот же день подписал
незаконное и необоснованное постановление
о прекращении этого уголовного дела в
части.

Уголовное
дело N 123456 им прекращено (в том числе)
в той части, в которой 5 сентября 2007 г.
следователем прокуратуры Центрального
района г. Энска Победкиным О.В. оно было
возбуждено. Причем решение следователя
прокуратуры о возбуждении уголовного
дела было представлено так, будто оно
им вынесено совершенно без учета
сведений, изложенных в поводе для
возбуждения этого уголовного дела, по
событию в реальности не имевшему место.

Более
того, принято решение, позволяющее
обвиняемой получить и уничтожить
вещественные доказательства – изъятые
у нее на квартире при обыске подлинники
и копии фальсифицированных документов.

1.1.
Постановление о прекращении уголовного
дела в части от 14 августа 2013 г. содержит
в себе сведения (в том числе и выводы),
прямо противоречащие друг другу.

1.1.1.
На пяти страницах (начиная со строки 14
снизу страницы 10 и до строки 19 сверху с
страницы 15) в подписанном Драпиковым
И.А. постановлении о прекращении
уголовного дела в части обосновывается
наличие 9 фактов фальсификации Крименко
А.К. доказательств и совершения
мошенничества по эпизоду приобретения
путем обмана права на чужой земельный
участок с кадастровым номером
29:49:0284008:66 (см.

об этом подробнее Приложение
N 1). В резолютивной же части семи
фактам фальсификации доказательств
никакой юридической оценки не дается.
Более того делается вывод, что ни
расследуемых ранее фактов фальсификации
доказательств, ни мошенничества с
земельным участком с кадастровым номером
29:49:0284008:66 не было.

1.1.2.
Согласно п.п. 1 и 2 резолютивной части
данного постановления Крименко А.К. не
предоставляла фальсифицированных
доказательств в Центральный районный
суд г. Энска не приобретала путём обмана
право на чужое имущество – земельный
участок с кадастровым номером
29:49:0284008:66. Данные события отсутствуют.
Иначе говоря, их не было.

Не
может такого быть, чтобы событие
одновременно отсутствовало и имело
место.

1.2.
Анализируемое постановление содержит
в себе сведения, не соответствующие
действительности.

1.2.1.
В абз. 2 описательной части постановления
написано, что “В ходе судебного
заседания в подтверждение своих исковых
сведений Крименко А.К. предоставила
протокол N 3 собрания членов
гаражно-строительного кооператива
N 213 от 15.02.1998, который по своему
содержанию не соответствует
действительности”.

1)
протокола N 6 от 15 декабря 1998 г. об
избрании Крименко А.К. в члены ГСК-213;

2)
протокола N 3 собрания членов ГСК-213
от 5 февраля 1998 года;

3)
копии Картматериала, выполненной
муниципальным институтом генплана
города Энска, датированной 2005 годом
N заказа 14-02/411;

4)
фрагмента кадастровой карты;

5)
протокола N 3 общего собрания членов
гаражно-строительного кооператива
N 213 от 09 марта 2005 г.

Ни
о каком протоколе N 3 собрания членов
гаражно-строительного кооператива
N 213 от 15.02.1998 г. там речи не шло. Не
упоминалось о таковом и в моем объяснении.
На момент возбуждения уголовного дела
имелись “достаточные данные, указывающие
на признаки преступления” – фальсификации
по гражданскому делу документов, о
которых шла речь в моих заявлении и
объяснении. Они и явились основанием
для возбуждения уголовного дела N 123456.

По
этой же причине не можем согласиться с
утверждением, изложенным в абзаце 1 стр.
5 постановления о прекращении уголовного
дела в части. Здесь, в частности, написано:
“основанием для возбуждения уголовного
дела послужило установление факта
фальсификации протокола N 3 собрания
членов гаражно-строительного кооператива
N 213 от 15.02.1998”.

Повторяюсь,
основанием для возбуждения уголовного
дела послужили достаточные данные,
указывающие на признаки преступлений,
предусмотренных ч. 1
ст. 303
УПК РФ, о которых я сообщила в своем
заявлении от 19 июня 2007 г., а затем в
объяснении от 23 октября 2007 г.

Уголовное
дело N 123456 возбуждено по моему
заявлению. Об этом прямо указано
следователем прокуратуры Центрального
района г. Энска Победкиным О.В. в водной
части постановления о возбуждении этого
уголовного дела. Об этом же он меня
письменно уведомил. Уверена, именно это
обстоятельство отражено и в специальном
журнале, где зарегистрировано мое
заявление о преступлении.

Между
тем следователь Драпиков И.А. категорически
игнорирует данные обстоятельства.
Совершенно не хочет замечать явной
опечатки, допущенной следователем
Победкиным О.В., хотя сам неоднократно
делает и более грубые ошибки в тексте
своего собственного постановления*(18).
Не обращает внимания он и на мои пояснения,
которые я подробно изложила в жалобах
на имя руководителя следственного
управления Следственного комитета РФ
по Тэнской области полковника юстиции
Главненко В.О.

Ни
в заявлении о преступлении, ни в моем
объяснении, ни разу не упоминалось (нет
даже опечатки) о протоколе N 3 собрания
членов гаражно-строительного кооператива
N 213 от 15.02.1998 г. Да и само собой
разумеется, что указывая на протокол,
который Крименко А.К. “предоставила”
“в подтверждение своих исковых
сведений” (так написано в постановлении
о возбуждении уголовного дела), следователь
Победкин О.В.

имел в виду протоколе N 6
собрания членов филиала гаражно-строительного
кооператива N 213 от 15.12.1998 г., а не
протокола N 3 от 5.02.1998 г. В абз. 1 стр.
4 постановления о прекращении уголовного
дела в части следователь Драпиков И.А.
вынужден сам заметить: “В материалах
указанного гражданского дела имеется
протокол N 6 собрания членов филиала
гаражно-строительного кооператива
N 213 от 15.12.1998. Из содержания указанного
протокола следует, что на общем собрании
… Слушали: “О приеме в члены ГСК-213
Крименко А.К. …”.

Однако
даже если согласиться с утверждением
следователя Драпикова И.А., согласно
которому следователь Победкин О.В. в
описательной части постановления о
возбуждении уголовного дела речь вел
о “протоколе собрания членов филиала
ГСК-213 г. Энска N 3 от 15.02.1998” (абз. 2
стр. 5 постановления), то обстоятельство,
что “данным протоколом Крименко А.К.

Как
вынужден заметить сам следователь
Драпиков И.А.: “В ходе предварительного
следствия объективно установлено, что
истцом Крименко А.К., то есть лицом
участвующем в деле, в обоснование своих
исковых требований в Центральный
районный суд г. Энска … в ходе судебного
заседания предоставлен протокол N 3
собрания членов филиала гаражно-строительного
кооператива N 213 по ул.

Воровского,
56, от 05.02.1998″. А согласно постановлению
о возбуждении уголовного дела N 123456
“В ходе судебного заседания в
подтверждение своих исковых сведений
Крименко А.К. предоставила протокол N 3
собрания членов гаражно-строительного
кооператива N 213 от 15.02.1998, который по
своему содержанию не соответствует
действительности”.

То
же обстоятельство, что в решение
Центрального районного суда г. Энска
от 20.06.2007 г. закралась опечатка, о которой
не понятно зачем упоминает Драпиков
И.А. в абз. 2 стр. 5 постановления, не
имеет и не имела никакого значения ни
для решения вопроса о возбуждении
уголовного дела, ни для прекращения
уголовного дела в части.

Судебное решение
от 20.06.2007 г. принималось и оформлялось
в рамках гражданского, а не уголовного
процесса. Вряд ли следователь уполномочен
в постановлении о прекращении уголовного
дела в части давать юридическую оценку
акту правосудия, постановленному в
рамках гражданского судопроизводства.

Жалобав порядке ст. 123 и 124 упк рф

1.3.
Подписал постановление не тот, кто его
вынес

Согласно
вводной части постановления о прекращении
уголовного дела в части от 14 августа
2013 г. его вынес “следователь по ОВД
следственного отдела по Центральному
району г. Энска следственного управления
Следственного комитета РФ по Тэнской
области старший лейтенант юстиции
Взяткин B.C.”, а подписал данный
процессуальный документ другой
следователь – “следователь по особо
важным делам следственного отдела
старший лейтенант юстиции Драпиков
И.А.”.

В
личной беседе с руководителем следственного
отдела по Центральному району города
Энска следственного управления
Следственного комитета РФ по Тэнской
области майором юстиции Ловкачем Р.В.,
а затем и со следователем по особо важным
делам этого же отдела Драпиковым И.А.
мне было сообщено, что уголовное дело
N 123456 принято к производству Драпиковым
И.А.

Предлагаем ознакомиться:  Пдать жалобу на мыц в жулебино

Данное
обстоятельство позволяет утверждать,
что постановление о прекращении
уголовного дела в части от 14 августа
2013 г. незаконно уже потому, что оно
(согласно его вводной части) вынесено
не лицом, в производстве которого
находилось уголовное дело, а другим
“следователем”. Ни Драпиковым И.А.

К
тому же данное постановление в искомой
редакции не может быть признано законным,
так как следователь, который “установил”
отраженные в нем обстоятельства и
“постановил” записанные здесь
решения не подписал постановление.
Более того, по моим сведениям, в это
время Взяткин Б.Б. находился в отпуске.
Подпись другого следователя на
постановлении, вынесенном от чужого
имени, не придает указанному процессуальному
документу юридической силы.

Чтобы
зря не тратить ни свое, ни чужое время
на заявление и разрешение жалоб,
обусловленных данным, на мой взгляд,
прямым нарушением законности, я сразу
по вручению следователем Драпиковым
И.А. мне копии рассматриваемого
постановления, обратила внимание
последнего на то, что во вводной части
постановления о прекращении уголовного
дела в части от 14 августа 2013 г.

1.4.
Принято решение, позволяющее возвратить
изъятые при обыске на квартире обвиняемой
подлинники и копии фиктивных документов
лицу, у которого они были обнаружены

1)
которые служили орудиями преступления
или сохранили на себе следы преступления;

2)
на которые были направлены преступные
действия;

3)
деньги, ценности и иное имущество,
полученные в результате совершения
преступления либо;

4)
иные предметы и документы, которые могут
служить средствами для обнаружения
преступления и установления обстоятельств
уголовного дела.

С
таким решением следователя мы никак не
можем согласиться и считаем его, по
меньшей мере, в этой части подлежащим
отмене.

Прежде
чем принимать решение о прекращении
уголовного дела в части “по эпизоду
предоставления фальсифицированных
доказательств в Центральный районный
суд г. Энска” и “по эпизоду приобретения
права на чужое имущество путём обмана
– земельный участок с кадастровым номером
29:49:0284008:66)” следователю Драпикову
И.А.

стоило бы разобраться, представляла
ли Крименко А.К. по гражданскому делу
копии фиктивных документов, подлинники
и дополнительные копии которых были
изъяты у нее на квартире при обыске (а
затем следствием скрывались от
потерпевшей) и которые следователь
Драпиков И.А. в день принятия дела к
своему производству сразу же поспешил
“вернуть по месту их принадлежности”?

Если
же документы по гражданскому делу
представлены были, они, несомненно,
фиктивны (в протоколе собрания выступал
человек, который давно уже умер и т.п.),
подлинники и копии таковых изъяты при
обыске на квартире Крименко А.К., то и
событие, по поводу которого было
возбуждено уголовное дело N 123456, все
же имело место.

В этом случае, несомненно,
в действиях лица, фальсифицировавшего
доказательства по гражданскому делу,
имеется состав преступления. Закон
требует установить это лица, даже если
им окажется не Крименко А.К. И уже только
поэтому ни в коем случае нельзя возвращать
“по месту их принадлежности”
вещественные доказательства по делу.

1.5.
Не принято решение по всем фактам
фальсификации Крименко А.К. доказательств
по гражданскому делу

В
моих заявлениях о преступлениях, по
которым были возбуждены уголовное дело
N 123456 и присоединенное к нему уголовное
дело N 333151, сообщалось о шести фактах
фальсификации доказательств по
гражданскому делу. Затем в ходе
предварительного следствия я давала
показания еще о трех фактах представления
Крименко А.К. в суд, рассматривающий
гражданское дело, заведомо для нее
подложных документов (подробнее об этом
см. Приложение N 2).

Пусть
и незаконно (обоснование незаконности
данного решения см. в Приложении N 3),
однако все же лишь по двум из них (протокол
N 3 от 09.03.2005 г. и протокол N 6 от
15.12.1998 г.) выделены материалы из уголовного
дела.

По
остальным 7 (семи) расследованным в
рамках уголовных дел N 123456 и N 333151
фактам фальсификации Крименко А.К.
доказательств следователь Драпиков
И.А. никакого решения не принял.

Он
лишь вынес всего-навсего решение о
прекращении уголовного дела в части
фальсификации доказательства по
гражданскому делу, сообщения о котором
в органы предварительного расследования
никогда ни от кого не поступало и
поступить не могло, так как данного
факта и в помине не было. Драпиков И.А.

также отметил, что по эпизодам фальсификации
протокола N 3 общего собрания членов
гаражно-строительного кооператива
N 213 от 09.03.2005 и протокола N 6 собрания
членов филиала гаражно-строительного
кооператива N 213 от 15.12.1998 “материалы
выделены в отдельное производство для
принятия решения в порядке ст.ст. 144-145
УПК РФ”.

Не
коснулся он и вопроса законности
(незаконности) решения о выделении
данных материалов, которое нами было
обжаловано руководителю следственного
управления Следственного комитета РФ
по Тэнской области полковнику юстиции
Главненко В.О. и заместителю Председателя
Следственного комитета РФ генерал-полковнику
юстиции Карнаухову Б.М.

Более
того постановление о прекращении
уголовного дела в части от 14 августа
2013 года сформулировано так, будто
заявления о совершении остальных
преступлений (фальсификаций доказательств
по гражданскому делу) от меня вообще не
поступало.

Закономерен
вопрос, мы имеем дело с такой формой
укрытия преступлений от учета?

2.1.
Материалы дела следователем не изучены

2.1.1.
Невозможно за один день изучить материалы
дела, сформулировать и напечатать
постановление

Image

14
августа 2013 г. следователем по особо
важным делам по Центральному району
города Энска следственного управления
Следственного комитета РФ по Тэнской
области старшим лейтенантом юстиции
Драпиковым И.А. уголовное дело N 123456
в 9 томах принято к производству. И в
этот же день им на 23 листах вынесено
постановление о прекращении уголовного
дела в части.

С
5 сентября 2007 г. органы предварительного
следствия расследовали данное уголовное
дело и не могли установить того факта,
который отражен в постановлении о
прекращении уголовного дела в части от
14 августа 2013 г. Поэтому немыслимо поверить
в то, что следователю Драпикову И.А. было
достаточно нескольких часов для
ознакомления и анализа материалов
девятитомного уголовного дела,
формулирования и печатания 23 листов
постановления о прекращении уголовного
дела в части, подготовки и направления
потерпевшим (обвиняемой) копий данного
документа и т.п.

Следователь
физические не мог успеть, все это сделать
за день. Уже одно лишь данное обстоятельство,
по меньшей мере, свидетельствует о том,
что им подписано не основанное на
материалах уголовного дела N 123456
решение (постановление о прекращении
уголовного дела в части). Вряд ли таковое
можно признать обоснованным и
соответственно законным.

2.1.2.
Решение о прекращении уголовного дела
в части принято без исследования
существенных для дела обстоятельств,
без проведения всех необходимых
следственных действий

В
ходе предварительного следствия не
выяснялось, каким образом подлинники
и копии фальсифицированных по гражданскому
делу документов (доказательств) оказались
в квартире Крименко А.К. на момент
проведения в таковой обыска. Как она
могла не знать о существовании документов,
копии которых представлены ею в суд,
подлинники и дополнительные копии
которых находились у нее в квартире?
Крименко А.К. по данному вопросу не
допрошена.

Образцы заявлений - Следственного комитета Российской Федерации по городу Москве

Более
того, следователи скрывали от потерпевшей
факт наличия в деле протокола обыска и
изъятых на квартире Крименко А.К.
подлинников фальсифицированных
документов. Очная ставка между мной и
Крименко А.К. велась так, как будто их
обнаружить не представилось возможным.
Между тем таковые на момент проведения
очной ставки уже находились в уголовном
деле. Поэтому, представляется, имеется
также необходимость проведения повторной
очной ставки между мной и Крименко А.К.

1. На постановление об отказе в возбуждении уголовного дела

Проверяя
законность и обоснованность постановления
об отказе в возбуждении уголовного дела
(ч. 1
ст. 148
УПК РФ), судья обязан выяснить, соблюдены
ли нормы, регулирующие порядок рассмотрения
сообщения о совершенном или готовящемся
преступлении (ст.ст. 20,
144,
145
и 151
УПК РФ), а также принято ли уполномоченным
должностным лицом решение об отказе в
возбуждении уголовного дела при наличии
к тому законных оснований и соблюдены
ли при его вынесении требования ст. 148
УПК РФ.

Предлагаем ознакомиться:  Земельный налог порядок уплаты

Отсутствие заявления потерпевшего

Отсутствие
заявления потерпевшего, если уголовное
дело может быть возбуждено не иначе как
по его заявлению, за исключением случаев,
предусмотренных ч. 4
ст. 20
УПК РФ – основание отказа в возбуждении
уголовного дела, предусмотренное п. 5
ч. 1 ст. 24
УПК РФ.

Отсутствие
жалобы пострадавшего*(15)
по делам частного и частно-публичного
обвинения – это, если так можно сказать,
обстоятельство (основание), исключающее
начало уголовного процесса. Оно не может
быть вероятно установленным. Заявление
пострадавшего или есть, либо оно
отсутствует. Если заявления пострадавшего
нет, а основания возбуждения уголовного
процесса имели место, значит, была
вероятность совершения лицом преступления,
возбуждение которого возможно и без
жалобы пострадавшего.

Близким
к указанному в п. 5
ч. 1 ст. 24
УПК РФ основанию отказа в возбуждении
уголовного дела является еще одно
основание. Речь идет об отсутствии
заявления (согласия) руководителя
организации, интересам которой причинен
вред преступлением, предусмотренным
главой
23
УК РФ, если уголовное дело может быть
возбуждено не иначе как по его заявлению
(с его согласия).

1)
следователю (дознавателю и др.) стало
известно о совершении деяния, содержащего
признаки объективной стороны лишь того
состава преступления (тех составов
преступлений), уголовная ответственность
за которые предусмотрена в главе
23
УК РФ;

2)
установлено, что вред причинен интересам
только той организации, от руководителя
которой необходимо получить заявление
(согласие);

3)
доказано, что организация, интересам
которой причинен вред, не является
государственным органом, органом
местного самоуправления, государственным
или муниципальным учреждением
(предприятием);

4)
бесспорно, что помимо вреда, причиненного
данной организации, иного вреда никому
и ничему не причинено.

Данное
основание отказа в возбуждении уголовного
дела закреплено в ст. 23
УПК РФ.

Отсутствие заявления (согласия) руководителя организации, интересам которой причинен вред преступлением, предусмотренным главой 23 ук рф

В
п. 4
ч. 1 ст. 24
УПК РФ приведено такое основание отказа
в возбуждении уголовного дела как
“смерть подозреваемого или обвиняемого”,
за исключением случаев, когда производство
по уголовному делу необходимо для
реабилитации умершего. Прежде чем
констатировать наличие данного основания
отказа в возбуждении уголовного дела
следует собрать доказательства совершения
преступления умершим, а равно отсутствия
у него живых, подлежащих уголовной
ответственности соучастников.

На
стадии возбуждения уголовного дела
подозреваемого и (или) обвиняемого нет.
В этот период времени в возбуждении
уголовного дела может быть отказано и
в связи со смертью лица, в отношении
которого собраны достаточные данные,
указывающие на признаки объективной
стороны состава преступления [15.
– С. 69].

Однако, полагаем, данное
процессуальное решение, исходя из логики
Постановления
Конституционного Суда РФ от 14 июля 2011
года N 16-П “По делу о проверке
конституционности положений пункта 4
части первой статьи 24 и пункта 1 статьи
254 Уголовно-процессуального кодекса
Российской Федерации в связи с жалобами
граждан С.И. Александрина и Ю.Ф. Ващенко”
[125],
может быть принято лишь с согласия
близких родственников умершего.

а)
заявление о преступлении или протокол
принятия устного заявления о преступлении
(ст. 141
УПК РФ);

б)
протокол явки с повинной (ст. 142
УПК РФ);

в)
рапорт об обнаружении признаков
преступления (ст. 143
УПК РФ);

г)
акт ревизии и акт документальной проверки
(ч. 1
ст. 144
УПК РФ);

д)
объяснения (ч. 1
ст. 144
УПК РФ);

е)
запрос (ч. 2
ст. 144
УПК РФ);

ж)
справка о собирании доказательств (ч. 1
ст. 86
УПК РФ);

з)
протокол собирания доказательств (ч. 1
ст. 86
УПК РФ);

и)
заключение эксперта (ч. 1
ст. 144
УПК РФ);

к)
требование о производстве исследования
документов, предметов, трупов (ч. 1
ст. 144
УПК РФ) и соответственно заключение
специалиста;

л)
протоколы следственных действий, которые
могут быть проведены до возбуждения
уголовного дела, а также собранные и
представленные в порядке ст. 86
УПК РФ другие письменные документы и
предметы.

Заявления
о преступлении как повод для возбуждения
уголовного дела представляют собой
адресованное органам, правомочным
осуществлять уголовно-процессуальную
деятельность (в том числе возбуждать
уголовное дело) по искомому факту, устное
или письменное реализованное лично
отдельно взятым физическим лицом
сообщение о совершенном, совершаемом
или подготавливаемом преступлении.

Устное
заявление, уже после начала уголовного
процесса, заносится в протокол, который
подписывается заявителем и лицом,
принявшим данное заявление. Протокол
должен содержать данные о заявителе, а
также о документах, удостоверяющих
личность заявителя. Устное сообщение
о преступлении, сделанное при производстве
следственного действия, заносится в
протокол следственного действия.

Обычно
заявителем являются пострадавший или
очевидец общественно опасного деяния,
но о преступлении вправе заявить и лицо,
которому о таковом стало известно с
чьих-то слов.

Анонимные
сообщение и письма, то есть такие, которые
не содержат в себе сведений о лице (его
фамилии и местонахождении (адресе)) не
признаются поводом для возбуждения
уголовного дела. Если в них указываются
конкретные факты, свидетельствующие о
подготовке или совершении преступления,
то осуществляется их необходимая
проверка.

В
заявлениях о преступлении, выступающих
в качестве повода для возбуждения
уголовного дела, должны содержаться
конкретные сведения, указывающие на
подготовку или совершение (сейчас либо
в прошлом) преступления. При этом по
уголовным делам публичного обвинения
не требуется, чтобы заявитель высказал
просьбу о привлечении виновного лица
к уголовной ответственности.

Однако
дела частного и частно-публичного
обвинения могут возбуждаться только
по заявлению пострадавшего (его законного
представителя). Только в связи с
поступлением в компетентный орган
заявления пострадавшего может начаться
уголовный процесс по таким фактам.
Поэтому в заявлении пострадавших о
преступлениях, исчерпывающий перечень
которых дан в ст.

1.5. Постановление судьи по итогам проверки

Судья
проверяет законность и обоснованность
постановления следователя (дознавателя
и др.) об отказе в возбуждении уголовного
дела. Однако он не вправе возбудить
уголовное дело даже тогда, когда пришел
к выводу о бесспорном наличии повода и
фактических оснований для возбуждения
уголовного дела.

Признав
отказ в возбуждении уголовного дела
незаконным и (или) необоснованным, судья
выносит соответствующее постановление,
направляет его для исполнения руководителю
следственного органа (начальнику органа
дознания), уведомляет об этом заявителя
(ч. 7
ст. 148
УПК РФ), а лицу, подавшему жалобу,
направляет копию своего постановления
(ч. 6
ст. 125
УПК РФ).

Получивший
рассматриваемое постановление
руководитель следственного органа в
зависимости от выводов суда, изложенных
в постановлении, обязан отменить
постановление об отказе в возбуждении
уголовного дела и возбудить уголовное
дело, либо возвратить материалы для
дополнительной проверки и по результатам
дополнительной проверки вновь решить
вопрос о наличии фактических оснований
к отказу в возбуждении или к возбуждению
уголовного дела.

Ограничивать
же полномочия руководителя следственного
органа, получившего постановление судьи
о признании отказа в возбуждении
уголовного дела незаконным и (или)
необоснованным, лишь принятием решения
о возбуждении уголовного дела, как это
делает часть авторов [17.
– С. 335; 55.
– С. 309; 138.
– С.

254], представляется несколько
непоследовательным. Круг законных
средств исправления руководителем
следственного органа допущенной
следователем (дознавателем и др.) при
вынесении постановления об отказе в
возбуждении уголовного дела процессуальной
ошибки не может сужаться всего-навсего
из-за того, что лицо, чьи интересы
затронуты вынесением такого постановления,
обратилось с первоначальной жалобой
не к самому руководителю следственного
органа, а в суд.

Аналогичной
должна быть характеристика и полномочий
начальника органа дознания, получившего
от суда постановление о признании
незаконным и (или) необоснованным
постановления об отказе в возбуждении
уголовного дела. Однако статус руководителя
следственного органа не в полной мере
подобен статусу начальника органа
дознания.

Законодатель
в ч. 7
ст. 148
УПК РФ, а вслед за ним Верховный Суд РФ
требует направлять постановление о
признании незаконным и (или) необоснованным
вынесенного дознавателем (начальником
подразделения дознания, органом дознания)
постановления об отказе в возбуждении
уголовного дела начальнику органа
дознания.

Между тем начальник органа
дознания не обладает правом отмены
постановления дознавателя (начальника
подразделения дознания), а тем более
органа дознания. На большинстве таких
постановлений стоит и его подпись.
Обычно начальник органа дознания
утверждает, а в некоторых органах и
лично выносит постановление об отказе
в возбуждении уголовного дела.

Требования
к предмету проверки законности и
обоснованности постановления о
возбуждении уголовного дела разъяснены
Верховным Судом РФ в абз. 1
п. 16
Постановления ПВС N 1. Проверяя
законность и обоснованность постановления
о возбуждении уголовного дела судье
следует проверять, соблюден ли порядок
вынесения данного решения, обладало ли
должностное лицо, принявшее соответствующее
решение, необходимыми полномочиями,
имеются ли поводы и основание к возбуждению
уголовного дела, нет ли обстоятельств,
исключающих производство по делу.

Предлагаем ознакомиться:  Порядок уплаты налога при продаже квартиры

2.1. Общие правила

При
рассмотрении жалобы на постановление
о прекращении уголовного дела судья,
не давая оценки имеющимся в деле
доказательствам, должен выяснять,
проверены ли и учтены ли дознавателем,
следователем или руководителем
следственного органа все обстоятельства,
на которые указывает в жалобе заявитель,
и могли ли эти обстоятельства повлиять
на вывод о наличии оснований для
прекращения уголовного дела.

Верховный
Суд РФ запрещает судьям при разрешении
жалобы давать оценку “имеющимся в
деле доказательствам”. Соответственно,
с одной стороны, этот запрет касается
не только материалов производства по
жалобе, а всех доказательств, составляющих
уголовное дело. С другой, судья выносит
свое решение на основе части таких
доказательств и поэтому не может их
вообще не оценивать.

С
позиций теории уголовного процесса
оценка доказательств представляет
собой осуществляемую в логических
формах мыслительную деятельность
следователя (дознавателя и др.), судьи
или суда. Осуществляется она в целях
определения по своему внутреннему
убеждению допустимости, относимости
сведений, достоверности, достаточности
и значения как каждого отдельно взятого
доказательства, так и всей собранной
по делу их совокупности [5.
– С. 92-93].

Доказательства,
не соответствующие общепризнанным
нормам нравственности, истинности, а
равно требованиям закона относительно
источника, способа собирания и вовлечения
в уголовный процесс содержащихся в них
сведений признаются недопустимыми.

Оценивая
доказательства, судья должен
руководствоваться законом и совестью.
Под законом здесь подразумеваются
источники не только уголовно-процессуального,
но и уголовного права, а равно любой
иной (если необходимость в таковом
возникает) отрасли права.

Теорией
доказательств установлены принципы
оценки доказательств, гарантии и пределы
процессуальной самостоятельности
субъектов уголовно-процессуального
доказывания при оценке доказательств,
а также требования к процессуальным
документам, в которых фиксируются итоги
оценки.

Уголовный
же закон служит важным ориентиром при
оценке доказательств с точки зрения их
относимости, потому что предмет
доказывания по конкретному уголовному
делу тесно связан с признаками
соответствующего состава преступления.
При оценке относимости доказательств
часто учитываются нормы других отраслей
права, раскрывающие содержание бланкетных
диспозиций норм уголовного закона
(правил изготовления и использования
государственных пробирных клейм, норм
и правил пожарной безопасности и другие).

Нормы
иных, помимо уголовного, отраслей права
позволят, к примеру, сделать вывод о
допустимости некоторых “иных
документов” как доказательств.

Оценивая
доказательства, должностные лица,
осуществляющие уголовный процесс,
опираются на свои представления и
профессиональные знания о праве,
понимание юридического, социального и
нравственного содержания правовой
системы государства, официальное и
научное толкование юридических норм
[5.
– С. 94-95].

Это
общая характеристика института оценки
доказательств. Не трудно заметить, что
в нем речь идет об оценке доказательств
применительно к уголовному делу, к
определенному предмету доказывания. В
этом и состоит основное отличие той
оценки, без которой невозможно принять
законное и обоснованное постановление
судье от той оценки доказательств,
которая не может иметь место при
рассмотрении жалобы.

Судья,
несомненно, осуществляет в логических
формах мыслительную деятельность как
при рассмотрении, так, тем более, при
разрешении жалобы. Однако он по своему
внутреннему убеждению определяет
допустимость, относимость сведений,
достоверность, достаточность и значения
как каждого отдельно взятого документа
(предмета), составляющего материалы
производства по жалобе (представленного
или истребованного судом).

Он устанавливает
связь такового не с общественно опасным
событием, по факту которого возбуждено
уголовное дело, а с обжалованным решением
(действием, бездействием) следователя
(дознавателя и др.). Он выясняет допустимость
не доказательства по уголовному делу
(доказательств закрепленного в ст.ст.

То
же самое можно и должно говорить о таких
характеристиках материалов производства
по жалобе как их достоверность,
достаточность и значение как каждого
отдельно взятого документа (предмета),
так и всей совокупности соответствующих
материалов для правильного разрешения
поступившей в суд жалобы.

Судья,
рассматривая и разрешая таковую в
порядке ст. 125
УПК РФ, не вправе высказываться по поводу
допустимости, относимости, достоверности,
достаточности и значения доказательств
применительно к предмету доказывания
по уголовному делу, а не к предмету
производства по жалобе.

3.3. Возбуждение уголовного дела правомерно лишь в пределах подведомственности

Согласно
ч. 1
ст. 146
УПК РФ следователь (дознаватель и др.)
возбуждает уголовное дело “в пределах
компетенции, установленной” УПК РФ.
Именно на это правовое положение обращает
внимание высший орган правосудия нашего
государства, когда пишет о необходимости
проверять “обладало ли должностное
лицо, принявшее …

Основное
назначение института подведомственности
заключается в том, что она подразделяет
происшествия на те, заявления (сообщения)
о которых государственный орган вправе
разрешать и на те, что выходят за пределы
его компетенции.

Органы
государственного пожарного надзора
федеральной противопожарной службы, к
примеру, не вправе отказывать в
возбуждении, возбуждать уголовные дела
по фактам, не связанным с преступлениями,
предусмотренными ст.ст. 168,
219,
261
УК РФ. Также обстоят дела и с некоторыми
другими органами дознания, правоспособность
которых ограничена ст.ст. 40,
151
и 157
УПК РФ. Но не только указанными нормами
ограничена подведомственность органов
предварительного расследования.

Иногда
орган дознания, дознаватель, следователь
или даже прокурор не имеют права возбудить
или отказать в возбуждении конкретного
уголовного дела в связи с наделением
этим правом лишь строго ограниченного
круга должностных лиц (ст. 448
УПК и некоторые другие нормативно-правовые
акты). К примеру, в отношении судей
уголовное дело может быть возбуждено
только Председателем Следственного
комитета РФ (ст.

Судьям
следует иметь в виду, что только в
подобного рода случаях, с одной стороны,
компетенция определенного следователя
(дознавателя и др.) ограничена. С другой,
орган предварительного расследования
вправе применить п. 3
ч. 1 ст. 145
УПК РФ – передать заявление (сообщение)
о преступлении по подследственности,
не вступая при этом в противоречие с
требованиями ч. 2
ст. 21
УПК РФ.

В пределах же своей компетенции
(подведомственности) органы предварительного
расследования не только вправе, но и
обязаны самостоятельно завершать стадию
возбуждения уголовного дела и поэтому
не должны применять п. 3 ч. 1 ст. 145
УПК РФ. Они должны самостоятельно
рассмотреть и разрешить заявление
(сообщение) о любом подведомственном
им преступлении – возбудить или отказать
по нему в возбуждении уголовного дела.

Именно
поэтому, а не в связи с предоставленным
п. 3
ч. 1 ст. 145
УПК РФ полномочием, по поступившему
заявлению, сообщению в первую очередь
решается вопрос о подведомственности.
То есть перед государственным органом
или должностным лицом, осуществляющим
уголовный процесс, встает задача
выяснить, какой орган (должностное лицо)
вправе возбудить по данному факту
уголовное дело.

Если
орган, получивший заявление (сообщение)
о преступлении не вправе, согласно
закону, возбуждать по данной категории
преступлений уголовные дела, то он не
может и отказать в этом. В его компетенции
остается лишь передача заявления
(сообщения) о преступлении по
подследственности, в тот орган, который
уполномочен на принятие одного из
указанных решений.

3.4.1. Понятие и виды поводов для возбуждения уголовного дела

А
теперь несколько слов о поводах и
основаниях для возбуждения уголовного
дела, наличие которых обязан проверить
суд.

1)
заявление о преступлении;

2)
явка с повинной;

3)
сообщение о совершенном или готовящемся
преступлении, полученное из иных
источников;

4)
постановление прокурора о направлении
соответствующих материалов в орган
предварительного расследования для
решения вопроса об уголовном преследовании.

Каждый
повод для возбуждения уголовного дела
имеет свою специфику как по содержанию,
так и по форме.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Юридическая помощь
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector